Как мерять экологический ущерб

1 февраля 2013г., Бишкек, сегодня на заседании фракции «Ата-Журт» заслушали отчет государственной комиссии по проекту «Кумтор». Как сообщил министр экономики, глава Госкомиссии Темир Сариев, причиненный экологический ущерб экспертная группа экологической и горно-технической безопасности оценила в 6,8 миллиардов сомов по 19 пунктам, говорит Сыягүл Караман, в kyrgyztoday.kg.

По словам Т.Сариева, для независимой экспертизы и аудита были привлечены две группы из Германии и Словении, которым заплатили 400 тысяч долларов США, а юридическая консультация обошлась Кыргызстану в 20 тысяч евро (затраты оплатило АО «Кыргызалтын»).

Однако, остается вопрос, какая методика была использована в определении экологического ущерба? Какие формулы были применены? На чем базируется цена возмещения ущерба в 6,8 млрд. сомов?

В мире существуют основные две методики определения экологического ущерба – прецедентная, это когда существует определенная практика возмещения вреда экологии, основанная на обычае и сумма возмещения предлагается произвольно, и эконометрическая, это когда измеряется стоимость возмещения реального ущерба, на ликвидацию которого были или будут затрачены конкретные деньги. К примеру есть нормативный подход вычисления ущерба очень хитер, для этого правительство устанавливает однажды ставку ущерба, эквивалентную ставке продажи единицы полезного ископаемого, и при выкапывании этого ископаемого, и считает уже по объему добычи того или иного ресурса. Но честным назвать этот метод очень трудно.

Конечно, есть еще много методов, такие как – вероятностный подход, покомпонентный подход, экспертная оценка, прямой счет, косвенная оценка, нормативная оценка, метод аналитических зависимостей, и т.д. Но нас более интересует именно эконометрический затратный метод, как наиболее доказуемый и наглядный.

Вот пример, - берется картина заболеваний, на основе больничной статистики, жителей Иссык-Кульского региона, скажем – Джети-Огузского района. Промежуток по заболеваниям должен составлять с 1993 по 2012 годы. Отмечается – был ли скачок обращений за медицинской помощью, в сравнении с 1990-91-92-м годами. Если превышения по обращением есть, вычисляется их количество. Создадим экономическую модель: Ну, предположим, что  за все эти годы пролечилось около 40% населения ежегодно, это 34 тысячи человек от населения 84 374 человек. Скажем это – норма. За 19 лет они пролечились в среднем – 642 тысячи раз. Но, предположим, что в результате работы месторождения, оказался в наличии прирост обращений в больницы. Скажем плюс 20% населения, или почти 17 тысяч человек в год. А за 19 лет – плюс к тем, кто обращается в силу ежегодной нормы, 320 тысяч обращений в больницы. Вот именно эти 320 тысяч обращений и можно брать за расчет экологического ущерба.

Теперь мы просто умножаем 320 тысяч лечений на среднюю стоимость лечения, состоящую из средней цифры стоимости лечения и лекарств, что для нашего примера может составлять 709 сомов. Причем не важно – за государственный ли счет или в счет кармана пациентов. Учитываться должны все расходы. При этом возникает сумма ущерба к возмещению – 228 млн. сомов. Не возбраняется в международной практике вычислить количество будущих лет, до распада вредных веществ в отвалах. Обычно цианиды используемые для аффинажа золота на солнце распадаются быстро, но отвалы обеззараживаются на протяжении свыше 25 лет. Поэтому сумма возмещения экологического ущерба может быть повышена в два раза, то есть до 700 млн. сомов.

К этой сумме можно приплюсовать конкретную смету расходов на обеззараживание рудника. Для обеззараживания отвалов потребуется строительство. Например в России S.A.A. INTERNATIONAL HOLDINGS CORPORATION (CANADA) LIMITED, в Калининградской области предлагает создание завода по температурной обработке отходов. Температурная обработка может быть эффективна и для цианидов. Стоимость такого счастья – около 200 млн. $ США, а стоимость обработки одного гектара отходов примерно 300 тысяч долларов США. Конечно, это не вполне правильно, приводить  в пример именно канадское предложение, тем более можно предположить, что в сумме сидит стоимость откатов, которые могут достигать до 40% в Российской Федерации. Но за неимением ТЭО под Кумтор, обопремся на эти цифры. Предположим, надо обработать 26 гектаров отходов, объемом более 130 кубометров породы. Тогда, стоимость экологического ущерба можно вывести в сумму – 7,8 млн. долларов США, итого 208 млн. $, что в сомах – примерно 9,7 млрд. сомов. При этом если приплюсовать здоровье населения, то экономическая стоимость экологического ущерба и последующей его ликвидации будет стоить 10,4 млрд. сомов. Что, конечно же выше, чем 6,8 млрд. сомов.

Это не каноничная методика расчета экологического ущерба. Однако она заставляет задуматься. В первую очередь, населению не разъяснено, по каким соображениям, эксперты из Германии и Словении, по поручению Правительства КР, вывели эту сумму в 6,8 млрд.? Эконометрика по полочкам не разложена. Не созданы инфографики для прессы и населения. А потому, не совсем убедительна оценка этого ущерба.

Даже в приведенных мною модельных расчетах могут быть другие данные, например что если выяснится, что люди стали здоровее в Джети-Огузском районе? Что если канадцы научились строить заводы по обработке отходов не за 200 млн. долларов США, а за 25? Ведь технологии очень динамично развиваются.

В любом случае, требуется более трезвая и полная оценка экологического ущерба, базирующаяся на конкретных официальных документах, смежной государственной статистике, и международных ценах на ликвидацию последствий золотодобычи. А так просто эмоционально объявить, что «нан урсун, Кумтор и Центерра нанесли ущерб где-то на 5 миллиардов сомов», недостаточно. Ни один международный суд в мире не может руководствоваться просто словами. Хотя и тут шансы есть, если есть подобное обычное право, и речь идет о моральном ущербе.

В итоге, напрашивается основной вывод. Чтобы реально измерить сумму экологического ущерба Кумтора в Джети-Огузском районе, требуются ответы на следующие вопросы:

1.  Насколько увеличились обращения за медицинской помощью в районе с 1993 по 2012 годы, в сравнении с 1990-1992 годом?

2.  Сколько стоило, по арифметическим средним затратам, лечение одного пациента?

3.  Сколько стоит завод по обеззараживанию рудовых отвалов в месте добычи золота?

4.  Сколько стоит ликвидация и обеззараживание всего объема отвалов на Кумторе?

5.  Каков статистический дебет ледников на Кумторе, сколько кубометров льда исчезло с 1993 года?

6. Сколько стоит 1 кубометр льда в пересчете на 1 кубометр воды, по международным ценам реализации?

7.  Во сколько обошлась реабилитация здоровья сотрудников Кумтора?

Только после сбора ответов на эти вопросы, можно наиболее достоверно и доказуемо рассчитать экологический ущерб.

Искендер Шаршеев

Экономист. Архитектор бизнес-систем